Моральный вред практика судов

Судебная практика по возмещению морального вреда

Ввиду того, что моральный вред очень сжато урегулирован законодателем, существенную роль в судопроизводстве имеет сложившаяся судебная практика. Основным структурированным судебным актом по данному вопросу, несмотря на свою «древность», остается Постановление Пленума ВС РФ № 10 от 20 декабря 1994 г. (далее – Постановление).

Общие положения о возмещении морального вреда

В первую очередь, необходимыми условиями являются наличие физических и (или) нравственных страданий. Они могут быть причинены в результате нарушения норм трудового законодательства, гражданского законодательства, совершения преступления, административного правонарушения и т.д. Кроме того, ст. 1100 ГК РФ законодатель расширительно предоставил возможность взыскания морального вреда, указав лишь два обязательных обстоятельства: наличие причиненного вреда и ответчика. Вопрос регламентирования каких-либо ставок, баз и порядков определения размера компенсации остается открытым, на сегодняшний день вопрос о размерах компенсации решается в каждом случае сугубо индивидуально.

Моральный вред в результате ДТП

Вопреки своей значимости и актуальности, регулирование возмещения морального вреда в результате ДТП не нашло законодательного отражения, в результате чего истцам и ответчикам приходится ссылаться на судебную практику. Процесс доказательства облегчается тем обстоятельством, что прямым указанием ст. 1100 ГК РФ наличие или отсутствие вины ответчика не влияют на исход дела, это утверждение находит свое отражение также в п. 3 Постановления. Моральный вред при ДТП в большинстве случаев связан с причинением увечий, телесных повреждений, чему посвящено Постановление Пленума ВС РФ № 1 от 26 января 2010 г. Компенсация морального вреда должна быть выражена в денежном эквиваленте, также не допускается зачет с однородными требованиями. Предметом доказывания является причинно-следственная связь между полученными увечьями, иными формами страданий и произошедшим ДТП. Размер компенсации напрямую зависит от степени вреда здоровью, о чем свидетельствует судебная практика. К примеру, Обзор практики рассмотрения гражданским дел по искам о взыскании морального вреда за 2011 г. Златоустовского городского суда Челябинской области представил анализ судебной практики зависимости размера компенсации от степени причиненного вреда:

Повреждения, не влекущие вреда здоровью

Легкий вред здоровью

Вред здоровью средней тяжести

Вред здоровью средней тяжести

60 000р.- 120 000р.

Тяжкий вред здоровью

Если вред был причинен источником повышенной опасности – автомобилем, то установление вины не требуется в судебном процессе. Однако на практике суды все же учитывают характер вины, степень причиненного вреда. Как указал в одном из своих решений. Также суд учитывает платежеспособность ответчика, разумность и справедливость.

Моральный вред в результате нарушения договора

Ввиду того, что моральный вред – категория способа защиты прав исключительно физических лиц, то исходить следует из Закона о защите прав потребителей (ст. 15). К таким договорам относятся: прокат, розничная купля-продажа, вклад, банковский счет, энергоснабжение, найм, аренда и т.д. основными критериями отнесения отношений к регулируемым Законом о защите прав потребителей, являются: заказчик – физическое лицо, работы и услуги предназначались для удовлетворения личных, семейных потребностей, не связанные с предпринимательской деятельностью. В соответствии со ст. 779 ГК РФ к возмездным услугам относятся информационные, аудиторские, консультационные, по туристическому обслуживанию и т.д.

Нередко стороны приходят к консенсусу и заключают досудебное соглашение, по которому исполнитель возмещает моральный вред и иные убытки. Единственное требование – моральный вред возмещается в денежной форме. В судебном порядке возмещение морального вреда может быть заявлено в отдельном исковом заявлении или же одним из требований по заявлению истца.

Примечательно, что ответчиком по названному вопросу является непосредственно лицо, причинившее нравственные и физические страдания, следовательно, применение регрессного требования не представляется возможным. Кроме того, истец освобождается от оплаты государственно пошлины по спорам, регулируемым Законом о защите прав потребителей (п. 3 ст. 17), п. 2 ст. 333.36 НК РФ.

Примечательно, что размер компенсации не зависит от объема и характера причиненного материального вреда, достаточно доказать факт наличия факта причиненного морального вреда, выразившегося в нравственных и (или) физических страданиях (см. п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17). Все же отсутствует единое мнение у судей по вопросу определения разумных пределов размеров морального вреда. Судебная практика весьма разрознена в этом отношении, суды существенно снижают цену заявленного искового требования: решение Добрянского районного суда Пермского края от 19 ноября 2011 г. по делу № 2-1253/11 (истец требовал 50 000р., суд взыскал 5 000р.), решение Пушкинского городского суда Московской области от 27 июля 2015 г. по делу № 2-3610/2015 (истец требовал 150 000р., суд взыскал 3 000р.), решение Одинцовского городского суда от 16 декабря 2014 г. по делу № 2-12308/2014 (истец требовал 100 000 р., суд взыскал 10 000р.). Существует небольшое количество судебной практики, когда суд все же удовлетворял требования истца в полном объеме, например: решение Таганского районного суда города Москвы от 27 сентября 2011 г. по делу № 2-1685-11/4, решение.

Выводы

Моральный вред регламентирован во многих источниках права, между тем отсутствует четкое закрепление, прежде всего, правил определения размера компенсации морального вреда, в результате чего сложилась разрозненная судебная практика. Некоторая ясность видна в отношении определения размеров морального вреда вследствие причинения физических страданий, где учитывается степень вреде здоровью. В иных случаях стоит исходить из характера причиненного вреда и вины ответчика.

Возмещение морального вреда, судебная практика

В соответствии с законодательством только судья должен определять размер компенсации морального вреда, рассмотрев все обстоятельства дела. В жизни же зачастую случается все наоборот. Истец в исковом заявлении указывает ту сумму, на которую он хотел бы рассчитывать после завершения судебного процесса. Как правило, сумма компенсации судом несколько изменяется, притом в меньшую сторону.

В ходе решения вопроса «Возмещение морального вреда» судебная практика никогда не удовлетворяла требование истца, указанное в заявлении, в том полном объеме, который указывался потерпевшим. Несмотря на это, человек все равно высказывает свое пожелание. Скорее всего, это делается для того, чтобы потерпевший в первую очередь для себя определил, насколько серьезен или, наоборот, незначителен причиненный моральный ущерб, попытался субъективно оценить уровень нравственных страданий и переживаний. Именно поэтому на судебном процессе так важно мнение истца, его отношение к ситуации и то, как он оценивает причиненный ему моральный ущерб.

Приведем пример дела о компенсации морального вреда из судебной практики:

в суд обратился мужчина с исковым заявлением, некогда работавший в одном из ВУЗов Архангельска. В соцсетях он нашел своего бывшего коллегу, с которым работал. Сначала общение проходило довольно в нормальных тонах, но постепенно стало приобретать негативные оттенки. Бывший коллега оставил много обвинительных сообщений, оскорбительных высказываний, не забыв упомянуть причину, по которой того выгнали из Университета. По словам же самого истца тот уволился сам. На суде истец предоставил в качестве доказательств трудовую книжку и другие документы, хотя, по словам ответчика, причина увольнения была другая: скандал с участием истца.

Истец потребовал в заявлении, чтобы ему компенсировали моральный вред. Судебная практика показала, что вместо заявленных 100 000 рублей, суд обязал выплатить ответчика намного меньшую сумму.

Еще один пример компенсации морального вреда из судебной практики:

исковое заявление было написано потерпевшим пассажиром автобуса. Поздно вечером автобус следовал, как всегда, по своему обычному пути. В салоне было 2 человека, пассажир и кондуктор. В ходе взаимной словесной перепалки разгорелся скандал. В итоге человек получил ушибы и перелом ноги, т.к. его вытолкнули из автобуса. Он упал на дорогу и сильно ударился о поребрик. Со слов же кондуктора, тот сам неудачно вышел из транспорта. Проходившие мимо люди видели, что кондуктор вытолкнул человека из салона. По приговору суда истец должен был получить моральную компенсацию в размере 20 000р. и материальную компенсацию в размере 25 000 руб.

Довольно часто суды назначают одинаковые суммы компенсации и за некачественный товар, приобретенный в магазине, и за причинение вреда здоровью. Иногда судьи уменьшают размер компенсации морального вреда в несколько тысяч раз. Поэтому сумма, указанная в иске, никак не влияет на окончательное решение суда. Самое главное, чем руководствуются судьи при определении размера компенсации – степень страданий, причиненных человеку, при этом документально подтвержденных (ст. 1101 ГК РФ).

Саратовский облсуд разъяснил, когда стоит присуждать многомиллионную компенсацию морального вреда

Саратовский областной суд представил на своем сайте справку по вопросам, возникающим в связи с рассмотрением дел по присуждению денежной компенсации морального вреда, а также возмещению убытков в связи с фактами пыток, бесчеловечного, унижающего человеческое достоинство обращения.

В документе обобщена практика рассмотрения судами Саратовской области дел данной категории с 2010 по настоящее время. Как показывает, в частности, практика рассмотрения по первой инстанции Саратовским областным судом уголовных дел, гражданские иски о компенсации морального вреда подаются в суд и разрешаются судом, как правило, при совершении таких преступлений, как убийство близкого родственника (сына, дочери, отца, брата, сестры, матери), изнасилование потерпевших и совершение иных действий сексуального характера в отношении потерпевших.

При разрешении гражданских исков о компенсации морального вреда судом учитывались: фактические обстоятельства его причинения, характер нанесенных потерпевшим физических и нравственных страданий, степень вины подсудимого, степень тяжести наступивших последствий, требования разумности и справедливости, материальное положение подсудимого.

Так, приговором Саратовского областного суда от 05 октября 2010 года осуждены: К.М.Г. по пунктам «ж, з» части 2 статьи 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06 декабря 2007 года) к 20 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением на основании статьи 48 УК РФ специального звания «старший лейтенант милиции»; К.Б.Н. по пунктам «б, ж, з» части 2 статьи 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06 декабря 2007 года) к 20 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строго режима; П.А.В. по пунктам «б, ж, з» части 2 статьи 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06 декабря 2007 года) к 17 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Данные лица осуждены за совершение убийства Г.Е.Ф. при обстоятельствах, указанных в приговоре суда.

Суд счел, что действиями подсудимых потерпевшим были причинены сильнейшие нравственные страдания в связи с убийством мужа и отца.

С учетом материального положения подсудимых, характера причиненных ими физических и нравственных страданий, общественного положения потерпевшего, степени вины подсудимых, требований разумности, справедливости, а также реального возмещения вреда, суд удовлетворил иски частично. Так, потерпевшими были предъявлены иски о компенсации морального вреда в сумме 30 000 000 руб. и 20 000 000 руб.. Приговором суда с К.М.Г., К.Б.Н., П.А.В. в счет компенсации морального вреда взыскано в пользу Г.Т.П. (супруги погибшего) по 3 000 000 руб. с каждого, и в пользу Г.А.Е. (дочери погибшего) по 3 000 000 руб. с каждого.

С полным текстом справки Саратовского областного суда по вопросам, возникающим в связи с рассмотрением дел по присуждению денежной компенсации морального вреда, а также возмещению убытков в связи с фактами пыток, бесчеловечного, унижающего человеческое достоинство обращения, можно ознакомиться здесь.

Апелляция составила «шпаргалку» по определению размера компенсации морального вреда при реабилитации

Вологодский областной суд на своем сайте представил обобщение практики рассмотрения районными и городскими судами региона споров по искам о взыскании компенсации морального вреда в связи с реабилитацией в 2013 году и 1-м полугодии 2014 года.

В обзоре анализируется применение судами области норм закона о компенсации морального вреда при реабилитации, разбираются наиболее характерные ошибки судей при разрешении дел указанной категории, приводятся практические рекомендации.

В частности, областной суд подробно разбирает вопрос об определении размера компенсации морального вреда по делам о взыскании компенсации морального вреда в связи с реабилитацией.

Суд отмечает, что заявители, обращаясь с исками о взыскании компенсации морального вреда при реабилитации, как правило, не приводят расчет суммы, которая, по их мнению, будет разумной и справедливой компенсацией за причиненные нравственные и физические страдания, вызванные незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Лишь в одном случае Савич В. В., обращаясь в Череповецкий городской суд с иском к Минфину России о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, привел расчет взыскиваемой суммы: 222 000 руб. за время нахождения под стражей из расчета 2400 руб. за сутки (92,5 суток).

В соответствии со статьями 151, 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывает степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, а также требования разумности и справедливости.

Верховный суд РФ в п. 21 постановления Пленума № 17 разъяснил, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда. Размер компенсации морального вреда по делам рассматриваемой категории варьировался от 1000 руб. до 1 млн руб.

При определении размера компенсации морального вреда суды учитывали различные обстоятельства: продолжительность предварительного расследования и судебного разбирательства, умаление чести и достоинства, нанесение ущерба профессиональной репутации, большой общественный резонанс дела, освещение дела в средствах массовой информации, тяжесть предъявленного обвинения, длительность применения меры пресечения, ухудшение состояния здоровья и другие.

Например, решением Вологодского городского суда от 20 февраля 2014 с Минфина в пользу Пученичева В. М. взыскана 1000 руб. Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из фактических обстоятельств дела (частичный характер реабилитации), данных, характеризующих личность истца (наличие судимостей, отбывание наказания в виде лишения свободы), характера причиненных истцу нравственных страданий, требований разумности и справедливости.

Решением Череповецкого районного суда от 13 мая 2014 года, оставленным без изменения Вологодским областным судом, с Минфина в пользу Шведова А. Г. взыскан 1 млн руб. Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходил из конкретных обстоятельств дела, а именно – избрание в отношении истца меры пресечения в виде заключения под стражу и подписки о невыезде, длительность уголовного преследования (период незаконного нахождения Шведова А. Г. в местах лишения свободы составил три года семь месяцев и 13 дней), освещение в СМИ обвинительного приговора в отношении истца, наличие малолетнего сына, состояние здоровья Шведова А. Г. Кроме того, суд учел личность истца, занимавшего должность старшего оперуполномоченного по особо важным делам отдела по противодействию незаконному обороту наркотиков управления по борьбе с организованной преступностью и имевшего выслугу более 20 лет, положительные характеристики по месту службы, наличие поощрений и наград.

Обобщение также выявило случаи принятия судом решения о взыскании компенсации морального вреда без указания мотивов. Например, рассматривая дело по иску Конина Д. А. к Минфину России о взыскании компенсации морального вреда, судья Вологодского городского суда в решении от 14 февраля 2013 указала: «Исходя из принципа разумности и справедливости, с учетом степени причиненных Конину Д. А. нравственных страданий и всех обстоятельств дела, суд полагает возможным взыскать с Министерства финансов за счет казны РФ в пользу истца в возмещение морального вреда 40 000 руб.».

Крайне редко суд апелляционной инстанции не соглашается с размером компенсации морального вреда, взысканной судом первой инстанции.

Так, решением Великоустюгского районного суда от 26 июля 2013 с Минфина в пользу Панкратова Н. В. взыскана компенсация морального вред в размере 700 000 руб. и расходы по оплате услуг представителя – 10 000 руб. Признавая за Панкратовым Н. В. право на компенсацию морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что уголовное преследование прекращено по реабилитирующему основанию – ввиду отсутствия в действиях состава преступления, а также принял во внимание избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Судебная коллегия Вологодского областного суда в апелляционном определении от 6 ноября 2013 указала, что при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции не в полной мере исследовал обстоятельства дела, не учел характер и степень причиненных истцу страданий, а также требования разумности и справедливости.

Панкратов Н. В. не заявлял перед следователем ходатайств о разрешении выезда за пределы города Великий Устюг Вологодской области Российской Федерации. Представленные прокурором суду апелляционной инстанции данные свидетельствуют о том, что наличие меры пресечения в виде подписки о невыезде не препятствовало Панкратову Н. В. выезжать за пределы города Великий Устюг (в период с 19 октября по 21 октября 2011 года Панкратов Н. В. проживал в гостинице «Спутник», расположенной в городе Вологда).

Заболевания, на наличие которых ссылался истец в исковом заявлении, имелись у него задолго до привлечения его к уголовной ответственности и применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде (справка военно-врачебной комиссии Управления исполнения наказаний по Вологодской области).

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия снизила размер компенсации морального вреда, взысканной в пользу Панкратова Н. В., до 300 000 руб., что, по мнению коллегии, обеспечило соразмерность взысканной компенсации нравственным страданиям истца и соблюдение требований разумности и справедливости.

Решением Вологодского городского суда от 12 февраля 2013 года с Министерства финансов в пользу Праховой Т. А. взыскано 100 000 руб. Суд первой инстанции, установив факт незаконного привлечения Праховой Т. А. к уголовной ответственности, применения к ней подписки о невыезде и надлежащем поведении, отстранения от занимаемой должности, пришел к правильному выводу о наличии причинной связи между действиями органов следствия и перенесенными истцом нравственными страданиями.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из фактических обстоятельств дела, длительности периода производства предварительного следствия и рассмотрения дела в суде, характера причиненных истице нравственных страданий, а также индивидуальных особенностей потерпевшей.

Вместе с тем судебная коллегия в апелляционном определении от 15 мая 2013 года посчитала размер взысканной судом первой инстанции компенсации заниженным, не соответствующим перенесенным истицей страданиям, принципам разумности и справедливости, а потому увеличила его до 300 000 руб.

С полным текстом обобщения Вологодским областным судом практики рассмотрения районными (городскими) судами Вологодской области споров по искам о взыскании компенсации морального вреда в связи с реабилитацией в 2013 году – 1-м полугодии 2014 года можно ознакомиться здесь.

Кто может получить компенсацию морального вреда

Смотрите также:

Компенсация морального ущерба — это один из способов защиты прав человека. Какие условия для этого необходимы и как составить исковое заявление, вы узнаете из статьи.

Что такое моральный ущерб

Статья 151 ГК РФ и Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении № 10 от 20.12.1994 установили, что под моральным вредом следует понимать нравственные или физические страдания, причиненные действием (бездействием):

  • которое посягает на перечисленные в статье 150 ГК РФ нематериальные блага (честь, достоинство, жизнь, здоровье, деловая репутация и т. п.);
  • которое нарушает личные неимущественные права человека (права, предусмотренные законами об охране интеллектуальной собственности);
  • которое нарушает имущественные права гражданина (в том числе, вытекающих из договора).

В указанном Постановлении также дается разъяснение того, что следует понимать под упомянутыми страданиями. Так, нравственные — выражаются в негативных психических реакциях человека, таких как страх, унижение, беспомощность и любое другое дискомфортное состояние, вызванное:

  • утратой родных;
  • невозможностью продолжать активную общественную жизнь;
  • потерей работы;
  • раскрытием семейной, врачебной тайны;
  • распространением сведений, не соответствующих действительности;
  • временным ограничением или лишением каких-либо прав и др.

Физические — это любые болезненные или неприятные ощущения: боль, зуд, жжение, тошнота, головокружение, удушье и т. п.

Выплата компенсации возможна только в отношении гражданина. Это связано с тем, что моральный вред — это страдания, т. е. категории, применимые только к существу, обладающему психикой. Юридическое же лицо может требовать взыскания репутационного вреда, однако при этом они должны опираться на нормы о причинении убытков, а не морального ущерба.

Материалы по теме

Курильщикам придется возмещать моральный вред соседям

Судебная практика и собственная субъективная оценка обстоятельств — единственное, на что опираются судьи при определении размера возмещения морального ущерба. В ст. 151 и 1101 ГК РФ законодательно установлен ряд критериев, которые должны быть в обязательном порядке учтены судом при определении размера возмещения:

  • характер и степень нравственных или физических страданий;
  • степень вины человека в случаях, когда вина является основанием ответственности за причинение вреда;
  • фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный ущерб, и иные, заслуживающие внимания обстоятельства;
  • индивидуальные особенности потерпевшего (например, для женщины — состояние беременности);
  • требования разумности и справедливости. К примеру, Определение Санкт-Петербургского городского суда от 03.05.2012 по делу № 33-5359/2012 подтверждает, что, определяя размер компенсации, суд должен учитывать имущественное положение должника. Так, истцами был заявлен размер компенсации морального вреда, признанный судом завышенным, поскольку исполнение решения суда невозможно по причинам финансовой и хозяйственной несостоятельности должника.

Компенсация морального вреда в гражданском праве представлена только в одной форме — денежной. Однако это не означает, что причинитель вреда не может добровольно совершить действия, направленные на сглаживание перенесенных потерпевшим страданий (уход за потерпевшим, оказание иной помощи, передача какого-либо имущества).

Действующее законодательство предусматривает основания для взыскания компенсации морального вреда, которые представляют собой нарушение:

  • тайны завещания (ч. 2 ст. 1123 ГК РФ );
  • неимущественных прав автора (ч. 1 ст. 1251 ГК РФ );
  • прав потребителя изготовителем, продавцом (ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1);
  • турагентом условий договора о реализации туристского продукта (абз. 6 ст. 6 Федерального закона от 24.11.1996 № 132-ФЗ);
  • прав человека в связи с дискриминацией в сфере труда (ч. 4 ст. 3 ТК РФ );
  • работодателем прав работника ( ст. 237 ТК РФ ) и др.

Однако законодатель также установил, что для возникновения права на возмещение необходимо одновременное наличие следующих четырех условий:

  1. Собственно физическое или нравственное страдание. Бремя доказывания при этом лежит на потерпевшем.
  2. Противоправное действие (бездействие), нарушающее принадлежащие гражданину неимущественные права или посягающее на принадлежащие ему другие нематериальные блага.
  3. Причинная связь между противоправным действием (бездействием) и моральным вредом. Причинная связь должна быть прямой. Так, например, если в результате операции больному причинен ущерб, то решающее значение будут иметь действия врача, непосредственно проводившего операцию, а не лиц, назначивших его на эту должность или проводящих аттестацию медицинских работников.
  4. Вина причинителя вреда, которая может проявляться в форме умысла (прямого или косвенного) и неосторожности (небрежность или легкомыслие). Законодательство закрепляет правило о презумпции вины причинителя вреда.

Эти условия являются основанием для компенсации морального ущерба.

В нашем государстве размер компенсации морального вреда варьируется от одной до нескольких десятков тысяч рублей.

Исковое заявление о компенсации морального вреда

Иски о возмещении нематериального вреда в нашем государстве весьма редки, и зачастую требование возместить моральный ущерб составляет структурную часть общего иска. Исключением являются только иски по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации, в которых компенсация за моральный ущерб составляет значительную долю общей суммы иска. Такие заявления рассматриваются судами общей юрисдикции, а срок исковой давности начинает течь с момента, когда была установлена вина ответчика, и продолжаются: для материального ущерба — три года, морального — без срока давности.

Содержание искового заявления условно можно разделить на следующие части:

  1. Шапка. Указывается название и реквизиты суда, Ф.И.О., адрес, контакты истца и ответчика, а также цена иска и размер госпошлины. Затем следует название иска: «Исковое заявление о возмещении ущерба».
  2. Основная часть. В ней нужно изложить суть правонарушения, которое привело к нарушению прав и свобод. Также здесь стоит как можно подробнее описать, какой вред был причинен, каким способом, в чем он выражается, а также присутствовали ли при этом свидетели. Важнопредоставить факты — именно они составляют доказательную базу притязаний.
  3. Мотивировочная часть. В этом пункте следует привести как можно больше доказательств, которые подтверждают вашу правоту (это могут быть свидетельские показания, письма, видео и фотоматериалы, публикации в СМИ и т. п.). Помимо обстоятельств случившегося, можно привести примеры из судебной практики и действующего законодательства, которые укрепят вашу позицию.
  4. Резолютивная часть. Здесь размещается просьба удовлетворить требования истца, которые должны быть пронумерованы.
  5. Приложения. В конце необходимо зафиксировать перечень документов, которые вы прикладываете к иску. Этот список законодательно установлен в статье 132 ГПК РФ:
  • копии искового заявления для всех участников дела;
  • квитанция об оплате госпошлины;
  • документ, подтверждающий полномочия истца (либо доверенности представителей истца);
  • документы, служащие доказательством вашей правоты (например, медицинские и экспертные заключения, рецепты, чеки и т. п.);
  • подтверждение того, что была попытка досудебного урегулирования конфликта;
  • расчет суммы иска и ее обоснование.

Государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании пп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ в размере 300 рублей для физических лиц и 6000 рублей — для юридических.

Суд постановил: публичность потерпевшего увеличивает размер компенсации морального вреда

Педченко В.С.
адвокат, заместитель председателя правления Московской коллегии адвокатов «Право и Защита» http://law-and-advocacy.com

В мировой практике юристы до сих пор спорят о том, насколько публичность человека допускает вмешательство в его частную жизнь других людей и средств массовой информации. Не стихают скандалы вокруг «интересных положений» известных российских и зарубежных дам, обсуждается в прессе и на страницах Интернета состояние здоровья, пластические операции, обстоятельства смерти и наследства актеров, политических деятелей и др. В нашей стране присужденные компенсации морального вреда публичным людям куда выше, чем рядовым гражданам. Никто не спорит с тем, что публикации провокационных фото в СМИ без согласия «моделей» — достаточный повод для судебного разбирательства и компенсации морального вреда, но должен ли статус публичной персоны автоматически увеличивать размер взыскиваемой компенсации морального вреда?

К примеру, всем известна история с публикацией двенадцати «полуголых» фотографий герцогини из Великобритании, за которые решением французского суда издатели были оштрафованы на две тысячи евро с наложением запрета на дальнейшее распространение фотографий. По курсу ЦБ РФ на сегодняшний день это приблизительно 80 тысяч рублей. Впоследствии, в американской прессе активно обсуждалась информация о беременности той же персоны, но королевская семья оставила ее без комментариев и исков о вторжении в частную жизнь не предъявляла, а затем официально сделала объявление, подтвердившее предположения СМИ. Теперь обсуждается пол еще не родившегося ребенка той же леди. И так до бесконечности.

Проанализировав беспристрастно ситуации, в которые попала данная персона, приходится признать, что положение обязывает не провоцировать своим поведением на откровенные снимки и не допускать при общении с публикой «утечки информации» о собственной частной жизни. Интерес порождается не только самим статусом «желтой прессы» и бесстыдным вниманием толпы, но и интригующе зазывным поведением предмета всеобщего интереса.

Для сравнения возьмем другой пример. Российской шансонье, чьи фото с публичного мероприятия в городском парке были размещены в нескольких журналах с комментариями об очевидных признаках беременности, в 2012 году Останкинским районным судом города Москвы была присуждена компенсация морального вреда за вмешательство в частную жизнь и публикацию фото в общем размере 250 тысяч рублей (150 тысяч рублей за публикацию фотографий и 100 тысяч рублей за распространение информации о беременности), Симоновским районным судом города Москвы — 200 тысяч рублей, из них компенсация морального вреда — 100 000 рублей, Басманным районным судом города Москвы — 300 000 рублей.

Публикация информации о пластической операции известного актера в 2010 году обошлась российскому изданию в 450 тысяч рублей по решению Савеловского районного суда города Москвы.

Вышеперечисленные судебные акты Московский городской суд оставил полностью в силе.

Решение Савеловского районного суда города Москвы в отношении еще одного певца от 25.05.2012 г. по делу № 2-1265/2012, которым истцу было отказано в отношении ОАО «Ньюс медиа» в компенсации морального вреда, поскольку сведения в статье не представляли собой тайну личной жизни, не носили характер конфиденциальных, а истец относится к публичным лицам, было изменено Апелляционным определением Судебной коллегией по гражданским делам Московского городского суда от 21.12.2012 г. № 11-25219/2012: компенсация морального вреда была присуждена в сумме 30 000 рублей из заявленных в иске требований в данной части в 5 млн. рублей. В основу принятого судебного акта Мосгорсудом было положено содержание ст. 49 ФЗ «О СМИ», которая не ставит возникновения обязанности на получение согласия в СМИ сведений о личной жизни в зависимость от того, представляет ли распространенная информация личную или семейную тайну гражданина, а также от того, является ли гражданин известным, публичным лицом.

Примечателен еще один случай компенсации морального вреда известной певице за использование ее изображения клиникой пластической хирургии ООО «Ла Страда». Решением Бабушкинского районного суда города Москвы от 19.10.2012 г. по делу № 2-4370/2012 компенсация взыскана в заявленной сумме 300 000 рублей. Апелляционным определением от 14.01.2013 г. № 11-831 решение было оставлено без изменений.

Гражданка Чапман А.В. за распространение видео ООО «Домино» из заявленной ко взысканию компенсации морального вреда в размере 10 млн. рублей по Решению Савеловского районного суда города Москвы от 24.11.2011 г. по делу № 2-4733/2011 получила лишь 100 000 рублей. Определением Судебной коллегии по гражданским делам от 04.04.2012 г. № 33-9880 решение было оставлено в силе.

Необходимо отметить, что Останкинский районный суд города Москвы в обоснование своего решения не стал лукавить, как другие, и прямо указал именно на «положение публичного лица». Будь на месте шансонье непубличный человек при таких же обстоятельствах, всё бы закончилось символической компенсацией морального вреда от 500 до 10 000 рублей. При этом разрушить жизнь обычного человека куда проще публикацией, например, в Интернете информации о беременности, которая зачастую становится источником или следствием шантажа.

На фоне дела о размещении фото без согласия питерской шансонье, получившей компенсацию в 270 тысяч рублей, меркнет, например, Решение Орджоникидзевского районного суда города Магнитогорска Челябинской области от 2010 г. о присуждении с банка компенсации морального вреда в 5 000 рублей из 150 000 рублей, заявленных в иске в связи с размещением на двери помещения по месту работы и на подъезде дома по месту жительства фотографий истца, выполненных при заключении кредитного договора в офисе банка.

Становясь публичной персоной, человек превращается в сторону негласного договора с обществом о том, что его частная жизнь, помимо его творчества или иной деятельности, могут стать обсуждаемыми. Цивилизованным и регламентированным способом передачи информации обо всех аспектах жизни становятся СМИ. Правда, периодически и тут бывают «заносы» в сторону неэтичных и провокационных высказываний, переходящих границы, установленные обществом и государством посредством закона.

Характер взысканных компенсаций публичным персонам носит, на наш взгляд, завышенный характер, поскольку жертвам преступлений компенсации морального вреда присуждаются в меньших суммах. Например, Определением от 03.11.2011 г. № 74-О11-31 Верховный Суд РФ признал справедливой компенсацией в размере 270 тысяч рублей морального вреда, причиненного лицу, не достигшему 14-летнего возраста, в результате изнасилования.

Фактически моральный вред, причиненный преступлением ребенку, поставлен российским правосудием наравне, а то и ниже нарушения неприкосновенности частной жизни публикациями в СМИ, что не соответствует общечеловеческим представлениям о справедливости. При этом, последствия для личности потерпевшего от преступления более плачевны, чем от публикации фото или размещения небольшой заметки о беременности, очевидной для окружающих, поскольку не скрываются самой женщиной «в положении».

Нельзя не отметить, что имеются решения суда, которые, невзирая на публичный статус истца, не отличаются по своей щедрости от аналогичных судебных актов по требованиям обычных граждан. Так, Кунцевский районный суд города Москвы взыскал в пользу телеведущей 30 000 рублей компенсации морального вреда за испорченный десятидневный отдых в Греции. Данное решение было оставлено в силе Московским городским судом (Определение № 33-8311 от 20.03.2012 г.). Для сравнения обычная семья, которой был испорчен месяц отдыха в Греции, получила на троих 13 000 рублей в соответствии с Решением Чертановского районного суда города Москвы от 09.10.2010 г., также оставленным в силе Московским городским судом (Определение № 33-2990 от 02.03.2011 г.). Возможно, за год средние ставки компенсаций морального вреда удвоились, но не исключено влияние «фактора публичности» истца.

Очевидно, что судебная практика определения размера компенсации морального вреда неоднородна и не соразмерна действительному причиненному моральному вреду, что может свидетельствовать о недостаточно развитой системе правоприменения и законодательства РФ, остающегося в пределах незначительного количества статей в ГК РФ и в паре Постановлений Пленума Верховного Суда РФ.

Первые прецеденты компенсации морального вреда появились в России не так давно — в 90-х годах прошлого века с введением Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, утвержденных Верховным Советом СССР 31.05.1991 N 2211-1 и действовавших, в том числе на территории РСФСР. Согласно ст. 132 Основ учитывалась не только вина причинителя вреда, но и поведение, вина самого потерпевшего, что позволяло уменьшать размер компенсации. Учету подлежали также имущественное положение причинителя вреда, кроме случаев умышленных преступлений.

В дальнейшем пробелы законодательства были восполнены первой частью ГК РФ в 1995 году и второй частью ГК РФ в 1996 году.

В соответствии со статьей 19 Конституции РФ все равны перед законом и судом. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности. Напротив, судебные решения о компенсации морального вреда подчеркивают неравенство потерпевших при оценке их индивидуальных особенностей.

По нашему мнению публичность — это признак социального статуса гражданина или положения человека в обществе, то есть социального положения, поэтому данный критерий не должен приниматься судом в качестве квалифицирующего при определении размера денежной выплаты, компенсирующей моральный вред. Иной подход означает нарушение конституционного принципа равенства граждан перед законом и судом вне зависимости от социальной принадлежности.

Согласно ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Кроме того, в силу ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Совокупность ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ устанавливает, что индивидуальные особенности потерпевшего должны учитываться судом только при определении степени физических и нравственных страданий. Основываясь на данном положении законодательства, по логике судов публичность — это индивидуальная особенность личности, которая приводит к более тяжким последствиям для неимущественных прав человека и подлежит более высокой компенсации, чем при тех же обстоятельствах в отношении непубличного гражданина.

Как разъяснено пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (в редакции от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»: размер компенсации должен зависеть, прежде всего, от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, но с учетом требований разумности и справедливости. Индивидуальные особенности потерпевшего и другие конкретные обстоятельства должны приниматься во внимание для оценки тяжести перенесенных им страданий.

(см. текст в предыдущей редакции)

Кроме того, пунктом 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2010 N 16 (в редакции от 09.02.2012) «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» указано, что компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, — компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ). Использование права на компенсацию морального вреда в иных целях, в частности, для создания ситуации, при которой фактически ограничивается право каждого на свободу выражать свое мнение, включая свободу придерживаться своего мнения, свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей, не допускается (статья 29 Конституции Российской Федерации, статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статья 10 ГК РФ). Компенсация морального вреда должна быть разумной и справедливой (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ) и не вести к нарушению свободы массовой информации.

Правильное понимание термина «индивидуальные особенности потерпевшего» очень важно для справедливой компенсации морального вреда, однако, не всегда суды имеют представление о его содержании в силу его отсутствия в законодательных актах.

Раскрыть понятие индивидуальных особенностей возможно только через изучение смежной науки — психологии. Так, например, А.В.Морозов в учебном пособии для вузов «Деловая психология» определяет индивидуальные (индивидуально-психологические) различия — это особенности психических явлений (процессов, состояний и свойств), отличающих людей друг от друга и вводит классификацию возможных индивидуально-психологических особенностей:

1. Биологически обусловленные особенности (темперамент, задатки, простейшие потребности).

2. Социально обусловленные особенности (направленность, моральные качества, мировоззрение).

3. Индивидуальные особенности различных психических процессов.

4. Опыт (объем и качество имеющихся знаний, навыков, умений и привычек).

Как мы видим, публичный статус или положение в обществе психологами вообще не включается в индивидуально-психологические особенности человека.

По нашему мнению специальных познаний у суда для определения «на глазок» индивидуально-психологических особенностей человека при установлении степени физических и нравственных страданий явно ограничены, в противном случае у судьи помимо диплома и практики в юридической специальности, такие же достижения должны быть и в области психологии. Однако, по факту, таких совпадений не встретишь, тем более таких квалификационных требований к судейскому сообществу не предъявляется.

По сложившейся российской судебной традиции разбирательства дел, сопряженных с компенсацией морального вреда, осуществляются без участия самих потерпевших, ведутся преимущественно через представителей. На наш взгляд, при отсутствии в деле судебного протокола о содержании опроса истца нарушается принцип непосредственности судебного разбирательства, ведь судья исследует индивидуальные особенности без присутствия индивида, полагается на слова представителя или исходя из письменных доказательств, или свидетельских показаний, а также исходя из своих общих представлений об обычных последствиях для любого среднестатистического человека.

Согласно ст. 157 ГПК РФ суд при рассмотрении дела обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов, ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, прослушать аудиозаписи и просмотреть видеозаписи.

Тогда саму личность на предмет индивидуальных особенностей суду необходимо исследовать также непосредственно: заслушать объяснение стороны.

Загадкой остается техника определения личностных особенностей и степени перенесенных страданий в отсутствие в судебном процессе самого исследуемого лица (истца). При таких обстоятельствах сомнительным является учет индивидуальных особенностей при вынесении решения о компенсации морального вреда только с участием представителя истца.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ экспертиза назначается судом при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла.

Поскольку припомнить экспертизу на предмет индивидуальных особенностей личности для компенсации морального вреда вряд ли сможет кто-либо из лиц, участвовавших в делах по данной категории, то напрашивается неутешительный вывод: либо судебная практика отвергает вообще науку психологию и не признает за ней специальных познаний либо полагает, что ускоренный курс «Судебная психология» полностью компенсирует юристам отсутствие дополнительного психологического образования.

С формальной точки зрения презумпция морального вреда для потерпевшего абсолютно не устраняет необходимость установления конкретной степени перенесенных нравственных и физических страданий конкретного человека в зависимости от его состояния психики.

Представляется разумным при заявлении в суде требований о компенсации морального вреда обязательное назначение психологической экспертизы в отношении потерпевшего. Однако, трудно себе подобное представить в России в ближайшие 10-20 лет, пока «зреет» сознание высших судебных инстанций.

Также из области фантастики кажется возможность «перерождения» верховенствующей судебной концепции о недопустимости неосновательного обогащения потерпевшего. На наш взгляд, именно «оковы» данной концепции, не дают нижестоящим судам свободы в принятии решений о компенсации морального вреда потерпевшим, схожих, например, по своему размаху с судебной практикой США.

Более простым и оперативным способом упорядочения практики взыскания компенсаций морального вреда является перенесение существующих в сознании судей средних ставок компенсаций, основанных на региональных судебных прецедентах, в какой-либо нормативный акт либо иной документ, имеющий обязательное значение для судебного решения. В подобном документе необходимо закрепить минимальные и максимальные размеры компенсаций морального вреда при его причинении соответствующими действиями или бездействием, базирующихся на действующих нормативных актах Правительства РФ, компенсирующих единовременно потерю члена семьи при чрезвычайных обстоятельствах, носящих сходный характер с компенсацией морального вреда. Ведь не потерянная жизнь человеческая оценивается в данные суммы, а компенсация данной потери его близким родственникам, перенесшим физические и нравственные страдания.

Так, ориентиром для компенсации морального вреда, причиненного смертью потерпевшего, его родственникам должен стать минимум, установленный, например, п. п. «ж» п. 9 Правил выделения бюджетных ассигнований из резервного фонда Правительства РФ по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и последствий стихийных бедствий (утв. Постановлением Правительства РФ от 13.10.2008 г. № 750), согласно которого устанавливается выплата единовременного пособия членам семей (супруге (супругу), детям, родителям и лицам, находившимся на иждивении) граждан, погибших (умерших) в результате чрезвычайной ситуации, в размере 1 млн. рублей на каждого погибшего (умершего) в равных долях каждому члену семьи.

Возвращаясь к компенсации вреда, причиненного ребенку, взысканного судом в 270 тысяч рублей, с которой Верховный Суд РФ согласился Определением от 03.11.2011 г. № 74-О11-31, то представляется более справедливым обратиться также к практике минимальных единовременных выплат Правительством РФ, предусмотренных тем же Постановлением Правительства РФ от 13.10.2008 г. № 750, за причинение тяжкого вреда здоровью или вреда средней тяжести в размере 400 тысяч рублей (п.п. «а» п. 10).

Полагаем, что вред, причиненный потерпевшему, должен был быть компенсирован в сумме не менее 400 тысяч рублей, а то и в большем размере, возможным пределом которого должна была стать сумма в один миллион рублей.

Кроме того, должна быть предусмотрена автоматическая индексация взысканной судом компенсации морального вреда без дополнительного утомительного и затратного обращения в суд, например, судебными приставами-исполнителями или судьей, принявшим решение, по заявлению истца в отсутствие сторон.

Безусловным ориентиром в российской судебной практике компенсации морального вреда должна стать также практика Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ), где уж точно в расчет не берется за основу публичный статус лица, требующего компенсации за нарушение прав человека.

Российские суды, с одной стороны, «разрешают гражданские дела на основании законов и иных нормативно-правовых актов, не основываясь на прецедентах судебной практики» (из Апелляционного определения Мосгорсуда от 14.01.2013 г. № 11-831), но с другой стороны, должны учитывать Постановления Конституционного Суда РФ, Постановления Верховного Суда РФ, Постановления Европейского Суда по правам человека, в которых дано толкование положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подлежащих применению в данном деле (пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении»). Как мы помним, Постановления ЕСПЧ ни что иное, как прецедентная практика.

Пунктом 14 Практической инструкции (утв. Председателем (Президентом) ЕСПЧ в соответствии с Правилом 32 Регламента ЕСПЧ 28.03.2007 г.) разъяснено, что «по своей сути моральный вред не поддается точному исчислению в денежном выражении. Если установлено, что моральный вред был причинен, и Европейский Суд по правам человека полагает необходимым присудить соответствующую денежную компенсацию, оценка ее размера производится на основе принципа справедливости и с учетом сложившейся практики».

Обратимся к ярким и недавним прецедентам ЕСПЧ.

1) Постановление от 07.02.2012 г. по делу «Аксель Шпрингер АГ» против Германии («Axel Springer AG» v. Germany) N 39954/08. Суть дела: издательский дом Аксель Шпрингер обратился в ЕСПЧ по поводу незаконности национальных судебных решений о наложении на издание штрафов и запретов на запретов на дальнейшее распространение статей, которые сочли публикации в газете о том, что известный актер сериалов был задержан на пивном фестивале в Мюнхене за хранение кокаина, вторжение в частную жизнь. Спорная статья дополнялась более подробной статьей на другой странице и была проиллюстрирована тремя изображениями актера. Месяц спустя газета опубликовала вторую статью о том, что этот же актер был приговорен к штрафу за незаконное хранение наркотиков после полного признания им вины.

Суд пришел к выводу, что актер был публичной фигурой поскольку был широко известен, что о преступлении возможно и не сообщалось бы, если бы его совершил обычный гражданин, а тот факт, что актер был задержан в общественном месте, и сам активно сообщал подробности своей личной жизни в ряде интервью, уменьшал собственное законное ожидание эффективной защиты личной жизни от вторжения.

ЕСПЧ постановил, что в отношении издания была нарушена ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, то есть право свободно выражать свое мнение.

Как мы видим, в данной ситуации публичность персоны не оказала благоприятного влияния на исход дела.

2) Постановление № 2 от 07.02.2012 г. по делу Фон Ганновер против Германии (Von Hannover v. Germany) №№ 40660/08 и 60641/08. Суть дела: Принцесса Каролина фон Ганновер, дочь покойного князя Монако — Ренье III, и ее муж принц Эрнст Август фон Ганноверв национальных судах Германии безуспешно пытались добиться запрета на публикацию в прессе фотографий принцессы, сделанных без ее согласия в период 2002-2004 гг. на одном из горнолыжных курортов. Заявительница обратилась в ЕСПЧ в связи с нарушением статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, то есть права на уважение частной жизни.

ЕСПЧ постановил отказать Фон Ганновер, с связи с отсутствием нарушения статьи 8 Конвенции, поскольку независимо от степени исполнения функций от имени Княжества Монако, заявители широко известны, не являются обычными частными лицами и должны рассматриваться как публичные лица. Судом было отмечено, что заявители не предоставили доказательств и существенных аргументов, что фото были сделаны в обстоятельствах, причиняющих неудобства, либо тайно.

Таким образом, публикацию фотографий принцессы в контексте статьи о болезни князя Ренье было признано обоснованным.

3) Постановление от 28.01.2003 г. по делу Пек против Соединенного Королевства (Peck v. United Kingdom) № 44647/98. Суть дела: Пек — обычный человек находился поздней ночью на улице, не участвовал в общественных акциях, не является общественным деятелем. В общественном месте находится с ножом в руке и был заснят один на камеру уличного наблюдения, но не был обвинен в противоправном деянии, ссылался на то, что совершил попытку самоубийства, которая не была записана и опубликована. События после попытки самоубийства были опубликованы в передаче «Новости с улиц», а затем распространены другими телекомпаниями при этом лицо заявителя не было скрыто при опубликовании, на записи его узнали члены его семьи, друзья, соседи и коллеги по работе.

Европейский суд счел, что опубликование указанной видеозаписи представляет собой серьезное вмешательство в частную жизнь заявителя и имело место нарушение СМИ ст. 8 Конвенции и взыскал 11800 евро компенсации морального вреда.

При вынесении Постановления по делу Пека ЕСПЧ применил прецедент P.G. and J.H. v. United Kingdom) жалоба № 44787/98, в рамках которого суд указывал, что «Существует ряд элементов, относящихся к определению того, нарушают ли мероприятия, проводимые вне дома лица, его право на частную жизнь. Поскольку существуют условия, когда люди сознательно и намеренно принимают участие в мероприятиях, которые записываются или могут быть записаны либо представлены на обозрение общественности, разумные предположения лица в отношении неприкосновенности частной жизни могут быть достаточными, хотя и не обязательно решающим фактором. Человек, идущий по улице, будет неизбежно видимым любому другому члену общества. Мониторинг, осуществляемый техническими средствами того же публичного места (например, охрана, наблюдающая посредством камер наблюдения) является по сути тем же самым. Вопрос о вмешательстве в частную жизнь возникает в случае систематической или постоянной записи общественной сферы жизни».

Таким образом, в практике Европейского суда по правам человека публичный статус, известность персоны или статус общественного деятеля — это скорее аргумент, понижающий защиту частной жизни от вмешательства общества и СМИ, нежели наоборот. Решения же российского правосудия демонстрируют несогласие с европейскими стандартами понимания последствий публичности.

На сегодняшний день российская судебная практика в области компенсации морального вреда нуждается в приведении к единым стандартам, не допускающим проявления неравенства перед законом и судом в связи с известностью в обществе, высокими доходами либо иными атрибутами социального статуса, отличного от жизни обычных граждан, в противном случае придется распрощаться с идеей демократического государства и равноправного участия России в сообществе европейских стран.

Популярное:

  • Новый закон о браке и семье Кодекс о браке и семье РСФСР от 30 июля 1969 г. Кодекс о браке и семье РСФСР от 30 июля 1969 г. С изменениями и дополнениями от: 4 декабря 1979 г., 30 января, 25 апреля 1984 г., 20 февраля 1985 г., 19 ноября 1986 г., 24 февраля 1987 г., от 22 декабря 1994 […]
  • Исполнительный лист контроль Взыскание дебиторской задолженности по исполнительному листу На правах рекламы Информация о компании КСК ГРУПП КСК групп ведет свою историю с 1994 года. С момента основания и по сегодняшний день компания входит в число лидеров рынка консультационных услуг в […]
  • Приемная семья срок договора Приемная семья - заключаем договор. Как заключается договор о создании приемной семьи? Согласно ст. 152 Семейного кодекса РФ приемной семьей признается опека или попечительство над ребенком, которые осуществляются по договору о приемной семье, заключаемому […]
  • Судебный эксперт сертификация Сертификация судебных экспертов Объектом сертификации являются эксперты и организации, в т.ч. лаборатории осуществляющие деятельность в области проведения судебных экспертиз и внесудебных исследований на соответствие их знаний, умений, навыков, личных […]
  • Протокол заседания тренерского совета в дюсш ПРОТОКОЛ 4 Педагогического совета МБУ ДО ДЮСШ. Повестка дня: Транскрипт 1 ПРОТОКОЛ 4 Педагогического совета МБУ ДО ДЮСШ Общее количество членов педагогического совета: 19 Присутствовали: 19 (явочный лист прилагается) Повестка дня: от 27 мая 20 года 1.Итоги […]
  • Договор беспроцентного займа риски заимодавца Налоговые последствия беспроцентных займов На правах рекламы Информация о компании КСК ГРУПП КСК групп ведет свою историю с 1994 года. С момента основания и по сегодняшний день компания входит в число лидеров рынка консультационных услуг в области аудита, […]
  • Как прописать новорожденного ребенка по месту прописки матери Как прописать ребенка по месту прописки матери или отца? Каждый гражданин Российской Федерации обладает правом на постоянную прописку по месту своего проживания. Данное законодательство касается как взрослых, так и лиц, не достигших […]
  • Юридические услуги кострома бесплатно Департамент культурыКостромской области осуществляет на территории региона государственную политикув сфере культуры и искусства Адрес: 156000, г. Кострома, Молочная гора, 6АТелефоны: (4942) 31-40-75, 31-34-53Е-mail: dkko@adm44.ru Реестры, находящиеся […]
Моральный вред практика судов